Известно, что чужеродные ткани и органы с огромным трудом приживаются в организме, так как этому препятствует иммунная система. Исключение составляет лишь головной и спинной мозг: пересадка чужой нервной ткани обычно удается, так как гемато-энцефалический или мозговой барьер не пропускает в мозг кровь, а вместе с ней и лимфоциты, которые составляют основную силу иммунной системы. Правда, нет правил без исключений: замечено, что нервная ткань, взятая от взрослых животных, не приживается в мозге. Ученые институтов общей генетики АН и неврологии АМН задались вопросом; а как поведет себя мозговой барьер, если пересаживать ткань эмбрионов?

Опыты провели ни животных, которым в головной мозг пересаживали ткань коры зародышей, а проницаемость мозгового барьере определяли с помощью специального препарата крови, дающего желто-зеленое свечение. В нормальном состоянии ткань мозга не светится — барьер действует, кровь не пропускает. Но после пересадки чужой нервной ткани свечение появлялось как в пересаженной ткани, так и в соседней «своей». Этот эффект усиливался у тех животных, которые перед опытом были подвергнуты кислородному голоданию. Стало быть, непроницаемый в обычных условиях барьер в такой ситуации «дееел трещину». Впрочем, примерно через месяц мозговой барьер практически полностью восстанавливался.

Однако пересаженная нервная ткань эмбрионов приживлялась, что можно объяснить тем, что молодая ткань в первые дни пребывания в новом организме еще не воспринимается как чужая (не выделяет антигенов), а потом, когда устанавливаются связи с тканью «хозяина», она оказывается под защитой уже восстановившегося мозгового барьера.

Природная защитная система — гемато-энцефалический барьер — надежно обороняет головной мозг от проникновения чуждых ему веществ. Но при лечении некоторых заболеваний центральной нервной системы возникает необходимость «пробить» этот барьер. Опыты московских физиологов открывают возможные пути к этому.